Меню
Всё о церковной благотворительности и социальном служении
в Республике Татарстан

Беженка из Азовстали про язык, обстрелы и помощь

Город Мариуполь. Левый берег. Район Азовсталь. Бульвар Меотиды.

Здесь в подвале родного дома она с соседями была вынуждена жить больше месяца. Уже потом, когда русские солдаты добрались до их подъезда и сказали, что нужно уезжать, она вышла на свет. И побежала.

«Грохотало, стреляли страшно. Сумки с вещами, которые были с собой, побросали на обочине. Мы направились в маленький город Новоазовск, там уже были русские. 5 дней мы прожили в Новоазовске, спали в школе на столах, все простывшие, с температурой. Я побежала в магазин купить пасту, щетку, что-то из еды, но на прилавках вообще ничего не было. Все скупили, пришлось пальцем чистить зубы. А какая гигиена была в подвале? Ни воды, ничего», — говорит Галина Федоровна.

Нашей героине 75. Когда она родилась, Великая Отечественная уже закончилась. И женщина не должна была знать, что такое бомбежки. И даже в 2014 после первых обстрелов, в голове не укладывалась возможность развития таких событий.

«Мы работали, пахали огороды, жили да и жили, как все пенсионеры. В 2014 году у меня обстреляли дачу, она сгорела. Начались митинги, обстрелы. Я тогда сказала невзначай: «не дай Бог война», сказала и сказала, не думали мы, что такое будет. Они стреляли по нашим домам. По нам. Представляете?» — вспоминает со слезами пенсионерка.

Из Новоазовска Галина Федоровна уехала в Россию первым автобусом, сначала до Таганрога, а потом их распределили в Казань. За окном стоял апрель. Капель и солнце внушали надежду. Люди вокруг внушали уверенность, что все будет хорошо.

О том, как было и как стало спустя полгода жизни в роли беженки, Галина Федоровна рассказала специально для читателей «Милосердие Казань».   

 

А что там?

«По телевидению на Украине было только одно: россияне во всех бедах виноваты, украинцев обделили, то забрали, то не дают. В школах полная украинизация, русского практически не было. Конечно, родители шипели, возмущались, и что?

Штрафы, документы и заявления только на украинском, общение в магазине с продавцами только на украинском. Они хотели искоренить русский язык, понимаете?, — вопрошает беженка. — Однажды, когда меня на кассе заставили «балакать на украинском мови», я ответила им. По-русски!

Ну, скажите, как это возможно? Мы же заодно! Я в Ростове училась, говорю и думаю на русском, и за это меня надо уничтожить?».

Про язык

«Я украинский язык понимаю, но говорить могу немного. Украинский язык мелодичный, но используем мы русский. Читать? Украинской классики нет, а сколько слов по грамматике появилось в украинском – и от поляков, и от немцев. Зачем?

У нас практически все на русском говорят. Вот, например, рыба — сула. Знаете что это? Судак. Наши языки очень похожи, но говорят и понимают друг друга все только на русском. Вот и думайте, зачем хотят уничтожить это общее в нас.

Если бы не помощь

Когда мы приехали в Казань, 3 дня лежали с простудами. Если бы не волонтеры, если бы не помощь, как бы выздоровели, не знаю.

Как помогали? Представьте, мы приехали без всего, почти «босые», и люди нам тащили еду, вещи и все на свете. И священники приезжали. Нам стыдно было первое время, представьте, вот ваши ходят (сотрудники службы «Милосердие Казань», священники – прим. ред.) и спрашивают – что вам нужно сейчас, чем помочь? Нас возили по храмам, успокаивали, беседы проводили. Если бы не было помощи, что бы мы делали? Всем обеспечили. Одна благодарность и слезы.  

На гумскладе «Милосердие Казань» я получала помощь не раз, вот сейчас Ирочка (куратор нашего гумцентра – прим.ред.) дала мне посуду, чайничек, одежду. Теперь только к зиме надо приготовиться. Мы ведь приехали в апреле. А у вас зима холодная, для нас -10 – лютый мороз,  там зимой 3-4 градуса обычно. А мне тут сказали, что в Казани и -20-30 бывает. Ну ничего, как-нибудь перезимуем!

Жизнь сейчас

Со мной из моего дома приехала девочка с детками, знакомых много. Многие сейчас возвращаются в Мариуполь: те, кому есть куда вернуться.

Наш район Азовстали сильно бомбили, туда уже некуда возвращаться. А те, у кого дома подлежат хоть частичному ремонту — уезжают. Все-таки родное. Русские там новые жилье строят. Те, кто решил остаться, снимают квартиры, нашли работу, все обживаются.

Мне полных 75 лет, остается просить у Господа Бога здоровья, чтобы еще пожить в мире».

 

Сегодня служба «Милосердие Казань» собирает средства на лечение для Галины Федоровны – зубная боль напоминает о жизни в подвале без воды в Азовстали. И мы благодарим всех, кто откликается на наши истории.  

*
Рассылка

Подпишитесь на наши новости

Свежие новости и лучшие статьи в вашем почтовом ящике